Кесарю — кесарево. Слесарю — слесарево

На определенном уровне боли перестают работать молитвы, концепции и вера в чудеса.
Красивые метафоры вызывают скорее раздражение, чем утешение.
Вопросы напоминают щиты, за которыми вопрошающий прячется от своей правды. 
Работает исключительно человеческое тепло и присутствие другого в тишине.

В этом моменте нет ни объяснений, ни концепций, ни вопросов, ни молитв. Есть два человека, проживающих изнанку мира. С обнаженными сердцами. Разделив горе пополам, т.к. в одиночку его не вынести: «Я рядом. Я с тобой. Я никуда не уйду. Дыши».
Вдох-выдох.
Вдох-выдох.
Волна спадает, и впереди сквозь туман виднеется новый берег.

Ступив на него хочется быстрее забыть о минутах, проведенных в невесомости.
Вспомнить волшебные слова. Убежать подальше от шума волн. Врасти корнями в земную твердь. Провести остаток жизни на безопасном расстоянии.

Но иногда оказывается, что без глубины жить не можешь и на земле задыхаешься, как кит, выброшенный на берег. Возвращаешься в океан и учишься контролировать позыв на вдох, чтобы не захлебнуться.

И то, и другое – верное решение для разных людей.
Каждому свое.
Кесарь не претендует на слесарево.
И наоборот.


Добавить комментарий